bananow | Красный цветок, Карлсон и Ренкин, орехи и Лиссажу.

И вновь на связи Бананау-стейшн.

У меня часто спрашивают – чем же так хорошо в этом вашем Бананау? (Вру, конечно – никто не спрашивает, но как-то же надо начинать?)
Отвечаю – Бананау хорош тем, что в нем человек управляет окружающим миром, а не наоборот. Поясню на примере - у нас дома не топят. У нас на работе не топят. Холодно. Энергические выражения в адрес работников Киевэнерго согревают кратковременно. Звонки на 1551 (это мэрия) с жалобами не согревают совсем. Там сидят бездушные скоты, которые даже поплакать с нами вместе не хотят. Отчаяние мало-помалу овладевает душой. И тут мы приезжаем в Бананау. В доме плюс девять. Но нет уныния в наших сердцах! Ибо мы знаем – в печи расцветет красный цветок и тепло и уют войдут в наши души!

Правда, в этот раз мы немного перестарались, и к вечеру температура достигла 32 градусов Цельсия. А это, между прочим, 90 по Фаренгейту и 549 по никому ныне неизвестному Ренкину! (Зря, кстати, забыли старину Ренкина – по нему все гораздо теплее. Если ничего не путаю, это он в качестве начала шкалы измерял температуру жены, шалунишка).
Но, так как мы чрезвычайно теплолюбивы, нас это не огорчило. Федор только немного страдал языком до пола.

Что сделали из полезного – посадили два ореха.

Все строго по канону – яма, щебень, удобрение и прочие «крекс-пекс-фексы».

Финальным аккордом Федор произвел символический обряд принятия орехов под свой вассалитет.

Чтобы быть уверенными, на следующий день мы их выкопали и оценили корневища – те явно увеличились в размерах. Все по заветам Карлсона:

Но тут взгляд его упал на цветочный горшок, в который он посадил персиковую косточку. Недолго думая Карлсон кинулся к горшку и пальцем быстро выковырял косточку из земли. — Нужно посмотреть, растёт она или нет. Ой, гляди, по-моему, она стала намного больше, — отметил он и, снова сунул косточку в землю, обтёр грязные пальцы о пижаму Малыша. — Лет через двадцать тебе будет здорово, — сказал он.

Вы же помните, что у нас нет теодолита? Приходится выкручиваться. Сделали вот такую пепяку и прошлись по участку, снимая рельеф.

Грубо, но работает. В результате получилась вот такая фигура Лиссажу (я знаю, что это не она, не может быть у человека такой фигуры, даже если он – Лиссажу. но уж больно красиво звучит!) Теперь задача – строениями и сооружениями плавно обтечь рельеф. Корбюзье будет рыдать от зависти.