bananow | Пункт приема стеклотары

Я уже писал когда-то про высочайший культурный уровень Бананау. Помните – икебана, аранжировка букетов и тому подобное? Жизнь не перестает подтверждать этот тезис.

Однако, подробнее.
После сноса халабуды остался неаккуратный и неровный пятак земли, покрытый неравномерными кучами земли. Мы эту землю потихоньку растаскиваем на подсыпку саженцев, выравнивая площадку. На этих выходных мы сажали кизилы и гортензии, брали землю и тут лопата заскрежетала. Каждый раз я вздрагиваю в предвкушении, но вместо николаевских червонцев или, хотя бы, серебряных лей Транснистрии мироздание зачем-то подкидывает мне обломки кирпича, куски черепицы и прочий трудно утилизируемый мусор. Явно что-то хочет сказать мне этим, но я не понимаю.

Короче говоря, мы обнаружили, что по периметру халабуды (части периметра, так точнее) в землю аккуратно вкопаны пустые бутылки.

«При чем тут культурный феномен Бананау?» - спросите вы. А я вам отвечу коротко я емко – «Акустика, bitch!»

Совершенно очевидно, что халабуда – это не летняя кухня с тяжелой судьбой, как мы думали раньше, халабуда – это своего рода культурный центр, храм вокала и сольфеджио, хроматических гамм и арпеджий! Теперь становится понятным – почему на стене халабуды (язык не поворачивается теперь так ее называть) висел портрет актера Калягина в роли Донны Розы д’Альвадорес.

Так и вижу, как обитатели этого места после тяжелого трудового дня переодеваются в чистое, разбирают листики с партитурами, и, выстроившись по росту, возносят свой голос к небу!

Но бутылочная тема этим не закрывается. Поскольку жизнь внесла некоторые коррективы в наши излишне оптимистические планы (в плане сроков), мы решили организовать в доме санузел. А то, знаете ли, ночью выбежать в трусах из теплого (+26) дома в холодную (-1) ночь – занятие, конечно, закаляющее тело, душу и разум, но ну его нафиг.

Так вот, полезли мы под дом с целью разведать пути вывода канализационной трубы, а там – мама дорогая! Сколько же они бухали!

Хочу отметить некоторое изящество решения утилизации стеклопосуды – бухнул, отогнул лист шифера, запульнул туда пустую бутылку и побежал за полной. Видимо, прием стеклотары при коммунистах в селах организован был никак.

Да, бутылки в основном от легендарного Коленвала – водки по 3,62, может кто помнит еще. Я зацепил его самым краешком моей алкогольной жизни, может, пару раз его пил.
(ностальгирующим по совку напомню, что вкуса она была божественного, градусов в ней было 125, а в пол-литровую бутылку влезало полтора литра).
Водочная тара еще была немного разбавлена бутылками из-под портвейна. "Три топора", "Дядя в шляпе", или "Агдам - завтрашнее похмелье уже сегодня!" - сказать невозможно, этикетки за давностью лет разложились на азот и воду.

Хм, попутно вспомнил, с чего началась моя алкогольная жизнь – румынский рислинг, венгерский вермут и чудовищный египетский бальзам Абу Симбел. Ну, и сырок «Дружба», само собой. Я был хорошим мальчиком.

Но вернемся в Бананау.

Немного порезали старую, ужасно запущенную шелковицу.

Ее, конечно, еще резать и резать, но сразу все нельзя. Осенью продолжим. Особых надежд на нее нет, рассматриваем ее как макивару для отработки техники, ну а вдруг?

О, забыл вам показать вышеупомянутый кизил (один из) –

и сестру его – гортензию

Вроде все в этот раз. Следите за эфиром.

И проголосовать не забудьте, это важно!